Читаем без скачивания [Яой] Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея/ The Scum Villain’s [Self-Saving] System - Мосян Тунсю

[9] Лорд Небесного Столпа 天柱 (Tiānzhù) — Тяньчжу, в букв. пер. с кит. тянь — «небо», чжу — «колонна», вместе — «небесный столп», «опора небосвода», образно в значении «заметная, выдающаяся личность»; также название сорта чая «Опора небес».

[10] Мелкий ублюдок 小畜生 (xiǎochùshēng) сяочушэн — грубиян, в букв. пер. с кит. «мелкая скотина».

[11] Белоглазый волк — в оригинале 白眼狼 (bái yǎn lánɡ) — в букв. пер. с кит. «выкатить глаза по-волчьи», метафора для неблагодарного, злобного и коварного человека.

[12] Эта тварь — в оригинале 这厮 (zhèsī) — также «этот субъект».

[13] Не доводилось иметь дела с женщинами — в оригинале чэнъюй 不近女色 (bùjìn nǚsè) — буддийское понятие «не иметь близости с женщиной, не увлекаться женской красотой».

Глава 46. Переполох в гнезде демонов

Ло Бинхэ решал эту проблему с помощью человеческих сосудов: каждый месяц в полнолуние он подыскивал подходящую жертву с высоким уровнем духовной энергии, в тело которой сливал излишек демонической энергии [1], взамен выкачивая бóльшую часть духовной — таким способом ему удавалось поддерживать равновесие.

Понятное дело, люди не могли перенести передачу такого объёма демонической энергии без вреда для себя, так что каждый из сосудов годился лишь на один раз.

Само собой, Ло Бинхэ не стал бы опускаться до того, чтобы лично отлавливать свои сосуды — для этого у него была Ша Хуалин, которая, напротив, была только рада хватать для него людей, так что её господину оставалось лишь раз в месяц прорезать с помощью Синьмо проход в Царство демонов, чтобы выбрать жертву из числа томящихся в клетках заклинателей.

Самым прискорбным в этой ситуации было то, что в оригинальном романе Ло Бинхэ женился на трёх монахинях с вершины Тяньи после того, как Ша Хуалин потратила массу усилий на их поимку — можно себе представить, до какой степени это её взбесило!

— Ты не видал кого-нибудь из знакомых в числе схваченных? — поинтересовался Шэнь Цинцю. — Где тебя держали?

Но Ян Исюань покачал головой:

— Перейдя границу между мирами, мы оказались в логове этой демоницы, в пещере Чиюнь [2]. Меня держали в одиночной камере, так что я никого больше не видел.

Отбросив ножны меча Лю Минъянь, Шэнь Цинцю рассудил:

— Думаю, что ты был не одинок.

Поразмыслив над всем этим, он решил, что ему не помешает взглянуть на эту пещеру; в конце концов, до полнолуния оставалось достаточно много времени, так что он не рисковал нарваться там на явившегося для передачи энергии Ло Бинхэ — тот сейчас должен быть по уши занят сеянием смуты и раздора [3] в Царстве людей, а потому едва ли завернёт туда, просто чтобы увидеться с Ша Хуалин.

— Я с вами! — заявил Ян Исюань, догадавшись о его намерениях. — Мой меч всё ещё в руках этой демоницы!

— Не боишься, что она опять разоблачится? — с сомнением бросил Шэнь Цинцю.

— С чего вы взяли, что это был испуг? — процедил Ян Исюань. — К тому же, на протяжении пути она то и дело раздевалась, так что я уже успел притерпеться.

Шэнь Цинцю воззрился на него в немом изумлении: выходит, она держала тебя в одиночной клетке, чтобы устраивать перед тобой персональный стриптиз — вот уж свезло так свезло! Если продолжишь в том же духе, пацан, то Ло Бинхэ тебя точно укокошит! И это бы не так меня беспокоило, не будь ты единственным и неповторимым учеником Лю Цингэ!

Переход через границу между мирами ощущался как не лишённая приятности завеса тёплой воды. Вынырнув из неё, они ступили на территорию Царства демонов.

В их мире уже перевалило за полночь, однако тут едва сгустились сумерки. Сам воздух казался иссушающим. Пробыв здесь всего пару мгновений, Шэнь Цинцю ощутил головокружение, словно от резкого перепада высоты. Насколько он мог судить, внешние отличия от Царства людей были не такими уж значительными: лишь деревья растут куда реже — похоже, усилия по озеленению покамест не увенчались успехом.

Следуя за Ян Исюанем по иззубренным камням, Шэнь Цинцю вскоре достиг пещеры Чиюнь, мысленно поздравив себя с тем, что наконец-то посетил эту достопримечательность Царства демонов. И, надо признать, выглядела эта пещера весьма… необычно.

Демоническую эстетику испокон веков отличало выраженное пристрастие к темноте, из-за которого их резиденции, как постоянные, так и временные, по большей части располагались под землей, а входы в них более всего походили на роскошные мавзолеи.

«И что вы хотели изобразить этой кучей камней с тремя корявыми иероглифами на стоящем перед ними каменном знаке — надгробие, что ли?»

Шэнь Цинцю собрал в ладонь духовную энергию, готовый атаковать любого возникшего перед ним противника — однако на протяжении спуска в эту импровизированную могилу им так и не повстречался ни один стражник. Если подумать, это также было не лишено смысла: издревле в обычаи демонов входило совершать набеги на Царство людей [4], но кому из последних придёт в голову заявиться в Царство демонов, да ещё и в самое их логово, чтобы повстречать верную смерть? Так что в охране просто-напросто не было надобности.

Попетляв по нисходящим каменным коридорам, они наконец вышли в обширный зал.

Пол устилали шкуры причудливых тварей, которые на первый взгляд казались живыми. По одной из них — тигриной — вышагивала босая Ша Хуалин.

Опасаясь, что Ян Исюань по неосторожности издаст какой-нибудь звук, тем самым выдав их присутствие, Шэнь Цинцю обернулся к нему, чтобы предупредить — но увидел, что юноша сам предусмотрительно закрыл рот ладонью. Успокоившись, Шэнь Цинцю продолжил осматриваться.

По обе стороны зала тянулись ряды клеток, в которых томились связанные [5] заклинатели в одеяниях различных школ. Среди них были как старики, так и совсем зелёные юнцы; иные клевали носом от утомления, другие же прямо-таки пылали праведным гневом.

Остановившись у одной из клеток, Ша Хуалин скрестила руки на груди:

— От людей с хребта Цанцюн одни неприятности — мало того, что ловить вас двоих было то ещё занятие, так вдобавок один из вас сбежал! — Стиснув зубы, она прошипела: — Если б только не… с какой радостью я бы переломала тебе ноги!

В клетке, скрестив ноги и прикрыв глаза, сидела Лю Минъянь. Лицо под вуалью казалось невозмутимым, словно слова демоницы не достигали её ушей.

— Ты когда-нибудь снимаешь эту штуку с головы? — так и не дождавшись ответа,